Лактобактерии: бактерия из йогурта, которой в кишечнике почти нет

Спросите любого, что такое лактобактерии, — и услышите: «полезные бактерии из йогурта». Это правда. И это самое неинтересное, что о них можно сказать. На самом деле это большое семейство бактерий, которые умеют одно: делать из сахара молочную кислоту. Живут они в основном на растениях и в квашеных продуктах, в человеке занимают несколько очень определённых уголков — и в каждом уголке ведут себя по-разному. Давайте спокойно разберёмся, где они живут, чем помогают, чем мешают и почему у них вдруг сменились имена.

Что это такое

Lactobacillus — это род бактерий, то есть группа родственных видов под одной фамилией. Сами бактерии — палочки, спор не образуют и живут тем, что сбраживают сахар в молочную кислоту ¹. Вся история рода — про эту кислоту. Она сквашивает молоко в йогурт и капусту в квашеную капусту, и она же подкисляет любое место, где этих бактерий собралось достаточно много. Всё хорошее и всё плохое, о чём пойдёт речь ниже, сводится к одной привычке: кислить.

Где она живёт в организме

Первая неожиданность. Бактерия, которую все связывают со «здоровьем кишечника», в кишечнике — редкий гость. Йенс Вальтер в обзоре 2008 года в Applied and Environmental Microbiology собрал подсчёты: в стуле лактобактерий в среднем около 10⁶ клеток на грамм — примерно 0,01 % всех бактерий, одна на десять тысяч, — а примерно у каждого четвёртого человека их в анализе не находят вовсе ². В желудке и тонкой кишке их меньше 10⁴ в миллилитре, и большинство из них — проездом, из еды или изо рта, а не на постоянном месте ². Постоянные жильцы всё же есть: Росси с коллегами в 2016 году почти 2 года наблюдали одного здорового взрослого и нашли в трёх пробах стула 58 видов лактобактерий, причём 43 штамма держались либо во всех трёх пробах, либо в двух, между которыми прошло 670 или 700 дней ¹⁰. Так что «мало» не значит «нет». Честный итог: несколько настоящих жильцов и очень много туристов.

Влагалище — случай обратный. Равель с коллегами в 2011 году обследовали 396 здоровых женщин Северной Америки: их бактериальные сообщества распались на пять типов, и в четырёх из пяти хозяйничал один-единственный вид лактобактерий — L. iners, L. crispatus, L. gasseri или L. jensenii ³. Показатель кислотности pH в четырёх этнических группах держался в среднем между 4,2 и 5,0 — среда кислая ³. Эта кислота — работа лактобактерий, и большинству возбудителей вагинальных инфекций в такой среде живётся плохо. Вот здесь они действительно на своём месте.

Рот — третий адрес, и самый неприглядный. Кофилд в обзоре 2015 года в Journal of Dental Research объясняет: лактобактерии — поселенцы-приспособленцы, им нужны три вещи разом — застойный закуток, куда плохо поступает кислород, кислая среда и постоянный сахар, — и во всём теле мест, где есть всё сразу, только три: кариозная полость, желудок и влагалище ⁴. Во рту это значит одно: лактобактерии сидят внутри дырок в зубах, а у детей без кариеса их почти не находят ⁴.

2020 год: один род стал двадцатью пятью

К марту 2020 года в роде числился 261 вид ¹ — настолько разных по генам и образу жизни, что держать их под одной фамилией уже не имело смысла. Чжэн с коллегами сравнили полные геномы и разделили род на 25: сам Lactobacillus в узком смысле плюс 23 новых рода ¹. Старое имя оставили тем видам, что приспособились жить в организме человека и животных: L. acidophilus, L. crispatus, L. gasseri, L. jensenii, L. iners и L. delbrueckii — та самая, из йогурта. А знакомые по баночкам пробиотиков названия переехали: L. rhamnosus стала Lacticaseibacillus rhamnosus, L. casei — Lacticaseibacillus casei, L. plantarum — Lactiplantibacillus plantarum, L. reuteri — Limosilactobacillus reuteri ¹. Бытовое слово «лактобактерии» авторы сохранили за всеми, кто назывался Lactobacillus до 2020 года ¹. Так что этикетка или статья, выпущенная до разделения, не ошибается — она просто постарше. Бактерия осталась прежней, сменилась только бирка. На этом сайте первым идёт новое имя, а старое — как синоним.

Что она делает для нас

Лучше всего доказана одна польза: меньше поноса на фоне антибиотиков. Кокрейновский обзор Го с коллегами 2019 года свёл вместе 33 испытания, в которых детей делили на группы случайным образом, — всего 6 352 ребёнка: понос случился у 8 % тех, кто получал пробиотик, и у 19 % тех, кто не получал ⁵. В переводе на людей: чтобы предотвратить один случай, пробиотик нужно дать 9 детям, а уверенность в этих данных авторы оценили как среднюю ⁵. Теперь оговорка, вслух: в этих испытаниях были очень разные организмы — Lactobacillus rhamnosus, дрожжи Saccharomyces boulardii и другие, — так что это довод в пользу целого класса, а не доказательство для конкретной баночки ⁵.

Остальные вероятные плюсы держатся на том же механизме — на кислоте. Кислая среда мешает жить конкурентам, которые кислоты не переносят; так объясняют, почему у женщин, у которых во влагалище главенствуют лактобактерии, редко находят признаки бактериального вагиноза по шкале Ньюджента — так в лаборатории его и определяют ³. В еде та же кислота не даёт кефиру и йогурту испортиться. Это механизмы, подтверждённые наблюдениями, — но наблюдение и лечение, доказанное в испытании, не одно и то же.

Что она делает против нас

А теперь то, о чём на этикетках добавок молчат. Тот же приём — заселить сладкий закуток и лить кислоту — ровно то, что растворяет зубную эмаль. Лактобактерии кариес не начинают, но стоит дырке появиться, они в ней поселяются и углубляют её ⁴. Так что защищаться тут надо не от лактобактерий, а от самой дырки и от сахара, которым они питаются.

Второе: лактобактерии могут попасть в кровь. Кэннон с коллегами разобрали больше 200 описанных случаев инфекции, вызванной Lactobacillus, — в основном эндокардит, воспаление внутренней оболочки сердца, и бактериемию, то есть бактерии в крови, — и насчитали смертность почти 30 %, причём умирали главным образом те, у кого в крови была не одна бактерия, а несколько, и те, кого лечили недостаточно ⁷. Звучит страшно. Теперь — насколько это редко. В Финляндии, где Lactobacillus rhamnosus GG продаётся с 1990 года, Салминен с коллегами нашли лактобактерии в 0,02 % всех посевов крови — 0,3 случая на 100 000 жителей в год с 1995 по 2000 год, — и число не росло, хотя пробиотики покупали всё больше ⁸. Для здорового человека это почти ноль. Для самых тяжёлых больных — нет: в 2019 году Йелин с коллегами прочитали полные геномы лактобактерий из крови пациентов реанимации и не смогли отличить их от бактерий из пробиотических капсул, которые этим пациентам давали ⁹. Пробиотик для человека в реанимации с катетером в крупной вене — решение врача, а не вопрос здорового образа жизни.

Третье: польза не переносится на любую болезнь. Шнадовер с коллегами в 10 приёмных отделениях больниц США дали 971 ребёнку дошкольного возраста с острой кишечной инфекцией либо Lactobacillus rhamnosus GG на 5 дней, либо плацебо — таблетку-пустышку. Среднетяжёлое и тяжёлое течение случилось у 11,8 % в группе пробиотика и у 12,6 % в группе плацебо — разницы нет ⁶. Та же бактерия, другая болезнь — и никакого эффекта.

Как теперь читать этикетку

Название штамма важнее названия рода. Штамм — это конкретная разновидность внутри вида, у неё на этикетке есть свой код. Lactobacillus и его новые родственные роды — это и бактерии из капусты, и из сыра, и из кариозной дырки, и из влагалища; что именно делает каждая — свойство конкретного штамма и конкретного места, а не фамилии. Ищите на банке вид и код штамма, ищите испытание именно этого штамма именно при вашей проблеме. А надпись «содержит лактобактерии» воспринимайте так же спокойно, как «содержит млекопитающее»: сказано вроде бы много, а по сути — ничего.